Pickpoint – утыр(1)!

Example – Playing In The Shadows
продолжительность = 0.42 мин.


PICKPOINT

– Утыр(1)! Утыр, билят!!!

– Вы чего, охренели совсем? молодой парень, плюхнулся на стул и сжался, готовый то ли к удару, то ли к прыжку.

– Ильдар, остынь, а? проговорила я. И тюбетейку сними, не твоя ж

Ильдар отошел от парня, и, скрестив руки на груди, сурово уставился на парня.

– Вы че ваще? Вам че надо?!!

– Послушайте, уважаемый, – начала я. У нас подруга пропала

– А я, блин, при чем? взвизгнул парень, вскочил и кинулся ко мне.

– Кычкырма(2), билят! Ильдар мгновенно оказался между нами. Утыр, билят, на стул, не русским языком что ли говорю?!

– Да успокойтесь вы! заорала я, даже не очень понимая, к кому именно обращаясь.

Парень хлопнулся на стул, Ильдар отскочил к двери и, дико вращая глазами, сдвинул тюбетейку на лоб.

– Да прекрати ты – вздохнула я.

Ильдар с досадой стянул тюбетейку выпрямился, перестал паясничать и за меня продолжил:

– Короче, есть фотка, на которой ты с нашей подругой, и это последнее, что мы о ней знаем, – и выставил перед ним телефон с фото, где Лена что-то протягивает этому парню.

Парень боязливо переводил взгляд с меня на Ильдара и снова на меня, потом краем глаза посмотрел на фото.

– Это Ленка Егорова, – сказал он. Моя одноклассница. И что?
– Лена пропала.

– А я причем?
– Что она тебе дала?
– Не ваше дело.

Тут мне стало не по себе. Что просто сказать нельзя?

– Слушай, уважаемый я сейчас сюда мужа ее приглашу. Отца двух прекрасных детей, который не знает, как и куда могла деться его жена, а ты последний, кто ее видел Ты представляешь, как ему мозг эмоциями разъело? Понимаешь, что так, что восстановлению не подлежит? я шипела, как долбанный уж, но не чувствовала, что у меня есть какой-то выбор. Сутки все уже были в напряжении.

Володька примчался вчера под вечер. Весь бледный и с каплями пота на лбу. Пропала его жена Лена. Он забыл, где потерял свой сотовый, но всех друзей он обзвонил по вацапу в компе и соцсетям. Лены нигде нет. Она должна была прийти вчера раньше, он ждал ее в четыре, но она так и не появилась, она не пришла и в семь, и в восемь. И Володька начал масштабную панику.

Вскоре мы все собрались у него дома. Приехала Дашка, Ленкина сестра. Она взялась укладывать детей. Володьку трясло, мы обзванивали все места, где только можно было найти Лену, тоже подняли шум в соцсетях.

Но никто ничего не знал. Только вот одна из подруг прислала фото. Ленка со мной не поздоровалась, пропорола мимо, как сквозь стеклянную, я на нее обиделась и следом пошла, а она с мужиком каким то встретилась и что-то ему передала. Я сфотала. Блин, так зла была, что думала ее пошантажить.

Слава идиотам!

Мы с Ильдаром пошли искать того парня. Он торчал за стойкой салончика сотовой связи. Мы его выманили и затолкали в бокс к тете Индире. Она тапочками торгует в этом же торговом центре. Ильдар сказал, что присмотрит за ее тапками, пока она пойдет с другой точки денег снимет

Володьку-то мы, конечно, дома оставили на попечение Дашки и Андрея. Но парень-то об этом не знал.

– Она мне флешку дала, сказала, чтоб посмотрел. Программа там какая-то хитрая. Она не поймет никак.

– И что за программа?

– Нет там никакой программы! Какая-то тупая гифка с зеркалным коридором и все.

– Где эта флешка?

Парень порылся в кармане и выудил флешку.

– Да вот Она сказала, что заглянет сегодня после работы, до дома меня подвезет, если посмотрю к тому времени

У Володьки дома мы смотрели на этот коридор зеркал и тоже недоумевали. Просто гифка с переливающимися бесконечными зеркалами и все.

Дашка плакала. Она пошла писать заявление в полицию, но там, естественно, не приняли, сказали, что даже суток не прошло.

– А вдруг через трое суток ее будет поздно искать? причитала Дашка.
Да ясен пень

Было уже за полночь, Дашка пошла укладывать детей. Володька забился в угол на диване и понуро пялился в телевизор, забыв включить на нем звук. Мы с Ильдаром сидели в спальне за ноутбуком и пялились на гифку с зеркалами. Никто не понимал, в чем прикол. Потом мы еще в переписку Ленкину влезли но там ничего такого вообще

– И что думаешь, – спросил меня Ильдар.

Он все игрался с тюбетейкой, которую у тети Индиры, грубо говоря, спер из бутика.

– Ну как тебе сказать Вот ты подумай, обычно человек домой приходит часам к семи и ты его примерно в это время ожидаешь, так?

– Так.

– Вот теперь представь, что он не пришел в семь, в какой момент ты начнешь напрягаться?

– Ну.. часов в восемь.
– А когда начнешь сильно напрягаться?
– Ну к десяти ваще буду потопывать ножкой.
– А потом?
– Потом начну звонить, может даже раньше начну
– Ладно. К скольки часам ты созреешь до обзванивания моргов и больниц?
– Ну к полуночи, может, позже. Я ж буду по знакомым и семье звонить сначала.
– Ага. И к скольки часам, скажи мне, после ничего не давшего тебе обзвона у тебя начнется паника?
– Ну точно к трем или четырем и до утра.
– А потом ты помчишься в дежурку?
– Ну может быть Ты это к чему?
– Сам посчитай, через сколько времени с момента, когда человек не пришел к назначенному времени, начинается форменная паника?
– Ну.. часов восемь точно
– Угу.
– Чего угу?
– А когда паника началась у ее мужа?
– Ну.. в пять.
– А пропала как она, сказал?
– В четыре
– А обычно приходила?
– В шесть и иногда дедлайны всякие

Ильдар знал потому, что они работали в одном рекламном агенстве программистами.

То есть он привык к ее ненормированности, а вот именно сегодня в голове удержал, что в четыре она не пришла и тут же запаниковал?

У Ильдара вытянулась шея. И лицо, и он весь как-то вытянулся, подался к выходу мы шептались, но он пытался понять, слышит нас Володька или нет.

– Ты ж смотри – проговорил он.
– И что думаешь?

Ильдар растерянно пожал плечами.

– Во-первых, он не все нам говорит, во-вторых, врет про время ее пропажи, в-третьих

Сама не знаю я, что в третьих. Погано так думать об общем друге. Но что ж делать?..

Гифка на флешке не давала покоя. Мы смотрели ее уже часа два, наверное, но ни черта в ней не видели. От нечего делать я начала нажимать принтскрин. Просто давила, ноут пилюкал, что скиншот куда-то там сохранен. Пилюкал, пока я не решила посмотреть, куда он все это сохраняет.

Картинка за картинкой и вдруг

Вкрапленное в закольцованную картинку фото. Фото с кухни. Просто фото дверцы правой антресоли.

Мы с Ильдаром, не сговариваясь, встали и пошли на кухню. Заглянули в зал Володька сидел в полном ступоре, и никак нас не отражал.

Мы пробрались к антресоли. Перерыли все, что там стояло и уже почти отчаялись, как я вдруг заметила на дне бокала для мартини маленькую карту памяти.

Мы на цыпочках пробрались обратно к ноуту в спальной. Нашли в столе адаптер и подключили карту. На ней было видео.

На видео Лена на фоне какой-то стены, состоящей из оранжевых секций.

если вы это видите я мертва. Меня убил мой муж. Скорее всего, спасти меня невозможно. Спасите моих детей. ее голос был надрывным, лицо бледным и глаза словно выцвели

– Что?..

Ильдар вскочил и закрыл рот руками, а потом резко бросился к двери и закрыл ее, привалившись плечом. В дверь уже ломился, рыча и матерясь Володька

– Открой!!!

Лена больше ничего не говорила. Она прижимала к груди блокнотик, на листе которого был написан длинный ряд цифр. На этом видео кончалось. Вернее, запускалось по новой такое же закольцованное, как на гифке

Я сфотографировала на телефон экран и кинулась открывать окно. Их квартира находилась над магазином, так что можно было убежать по крыше пристроя. Ильдар тем временем баррикадировал дверь. Я кое как открыла окно оно не пластиковое, еще деревянная старая рама, держащаяся на замазке. Я уже было перебросила ногу наружу и обернулась к Ильдару: Бежим!, как вдруг:

– Ильдар там же Дашка с детьми

Ильдар остановился у самого подоконника. Выпрямился. Взгляд его посветлел вдруг. Лицо как-то стекло что ли Я заплакала.

– Беги!!! – прошептал он и вернулся к двери.

Я не знала, что мне делать, заметалась. Замахала, как придурошная, руками, стала затыкать себе рот..

– Беги, – одними губами проговорил он и стал отодвигать подпиравшее дверь массивное плюшевое кресло.

И я побежала. Так бежала, как никто не бежал. К пожарной лестнице
Я слышала эти крики Я… Я побежала в подъезд, но чертов домофон!!! Я стала трезвонить по номеру квартиры, но тщетно. Я слышала крики. Я стала звонить в полицию. Я орала адрес и визжала, что он убивает детей У меня спрашивали имя и фамилию, год рождения и образование

Я проорала адрес и сбросила звонок.

Я побежала прочь от этих криков, заливаясь слезами. Задыхаясь от собственного.

После того, как я, споткнувшись, долбанулась лбом о промерзший с наледью асфальт, истерика как-то поутихла.

Я вдруг поняла где, вернее, около чего стояла Лена.

Я понеслась к торговому центру на рынке.

Но он был закрыт. Центральные двери. Но свет в нем еще был. Надо попросить охрану сама слышишь, чего думаешь? Счас тебя охрана прям пустит..

Я пошла вокруг, я дергала все двери, пока не наткнулась на одну открытую через нее запоздалые продавцы мяса таскали свой товар на склад-холодильник.

Я прокралась на второй этаж, где в небольшом закутке стоял терминал с ячейками. Оранжевые жестяные ячейки Тот, кто заказывал шмотки в интернет-магазинах знает, что это такое. И что за код показывала Лена.
Я набрала цифры. В темноте этажа это было так трудно делать. Ничего не видно еще и пот глаза застит

Ячейка открылась. В ячейке лежала старая потрепанная тетрадь в восемнадцать листов.

Я услышала шаги охранника.

Забилась в угол за щиток. Но охранник прошел мимо, даже не просветив закуток с терминалом. Потом на этаже выключился весь свет. Даже монитор терминала потух. Черт. Придется ночевать тут

Не знаю сколько времени я проторчала в темноте не шевелясь, чтоб уж точно знать, что никто не придет на свет. Свет моего телефона. Я стала читать

Машка моя самая лучшая подруга

Эта тварь увела у меня Сашу

Совет да любовь, уроды! Вот только знай, что пройдет время, ты родишь детей, все у тебя будет хорошо, ты не о чем не будешь подозревать, но настанет день и он убьет тебя. Да, твой собственный муж, отец твоих детей убьёт тебя. Свяжет руки за спиной, заткнет кляпом рот и бросит на окраине парка, где тебя уж точно до утра никто не найдет. Но ты умрешь не сразу, ты очнешься, но не сможешь пошевелиться и закричать и просто сдохнешь от холода. Тогда ты поймешь что чувствовала я, когда ты меня предала

все будут искать тебя и помогать ему, все будут жалеть его, а потом, ты оттуда, с небес увидишь, как он убьёт и детей

В тетради была ещё и маленькая записка на стикере

Это мой дневник. Я писала его, когда мне было восемнадцать лет, и моя подруга Машка вышла замуж за моего парня. Я выместила зло на бумаге. Я не знаю, что делается с Машей, но знаю что слово в слово дневник сбывается про меня

Слов в слово было мелким почерком в каждую клетку всех восемнадцати листов

P.S. я пыталась уничтожить, но ничего не получилось. Спаси моих детей!

Господи

Мой телефон внезапно зазвонил. Я истерично вжала в корпус кнопку звука на минус. Звонил Андрей. Он ушел, как только мы с Ильдаром вернулись с добытой у Ленкиного одноклассника флешкой.

– Ты где? Ты жива?

– Я да, – прошептала я. -П олицейские успели?
– Ты где?
– Не важно Они успели?
– Нет! -он хрипел в трубку. – Ильдарик мертв. Дашку порезал сильно, на операции.
– А дети?
– Мальчик не выжил Дочка в коме, но нет шансов Где ты?..

Я сбросила звонок. Поставила режим полета. Мне нужен был источник света. И целая ночь, чтобы понять, что делать с тетрадью, в которой так подробно написаны их жизнь и смерти

Я попыталась вырвать страницы, но у меня не получилось. Эта дрянь срасталась у меня прямо в руках. Синяя школьная тетрадь в клетку, исписанная мелким почерком, исписанная ненавистью и проклятием
Я перечитывала ее, я рвала ее и снова перечитывала. Перелистывала. Перечёркивала, косметическим карандашом страницы. Но они восстанавливались, чего не скажешь о карандаше

Я рыдала в темноте от беспомощности и холода И снова листала эту долбанную тетрадь, пока не заметила, что всего одна строка в ней не исписана. В ширину листа, в высоту на полклеточки. Но все же строка в
Выудив остатки косметического карандашика для губ, я ярко бордовым цветом накарябала:

но все это будет только твоим страшным сном Я прощаю тебя, Маша

– Очнись!
Кто-то тряс меня за плечо. Ильдар!…

– Ты!! Живой?!!

– Всегда такой ходил, усмехнулся он. Просыпайсь.

Оказывается, я спала, уткнувшись лбом в клавиатуру. Она даже отпечаталась на моем лбу и щеке

– Что случилось? спросила я.

– Ленка нашлась.

И в подтверждение я услышала ее голос из зала:

– Я флешки перепутала, блин, пришлось с этой разбираться, потом программу тыщу лет качать. Завтра отгул на работе дали Простите, заработалась, не предупредила Простите, – и засмеялась…

Все хорошо. Страшный, грязный сон рассеивался в морозном ноябрьском воздухе. Время шесть утра, и Ильдар проводил меня до остановки, усадил в маршрутку и помахал рукой. Как хорошо, что все живы!

Телефон мой булькнул, сообщая о каких-то системных делах. Желаете отправить несколько фотов архив и освободить место на устройстве?
Желаем, а чего б не желать? Сейчас посмотрим, что мы хотим отправить, а что удалить. А то до дома еще минут двадцать пилить. Я открыла галерею. Первым было фото, где на фоне жестяных оранжевых ячеек стоит Лена и с мольбой в глазах прижимает к груди листочек с написанным на нем паролем

1 Садись! (тат.)
2 Замолчи! (тат.)

4 Replies to “Pickpoint – утыр(1)!”

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *